karabai96 (karabai96) wrote,
karabai96
karabai96

Categories:

Татары на казачьем Дону

Татары на казачьем Дону

(по материалам 1630-60-х гг.)


















   Из исторической литературы о донских казаках XVII в. известно, что, кроме людей русского происхождения, среди казаков было немало представителей различных народов, выходцы из которых зачастую даже не были православными[1]. В этом отношении показательно, что в 1632 г. донские казаки, отказываясь давать присягу Москве, одним из аргументов своего отказа называли тот факт, что среди них живет много "бусурман" (мусульман), которые не могут "целовать крест" (присягать) по христианскому обычаю[2]. А в казачьей отписке (донесении) в Москву от 1658 г. видим такие слова: "А которые <...> у нас в Войске живут переезщики иноземцы - турки, и татаровя, да и греки, и иных розных земель люди, которые переезжают к нам, к Войску, на Дон <...> - и служат они, живучи у нас в Войске <...> государевы службы с нами вместе"[3]. И хотя среди казаков были люди совершенно разного этнического происхождения - встречались даже арапы[4], тем не менее татар в этом перечне следовало бы поставить на первое место, ибо только они выделяются в документах в особую группу донского населения под названием "донские татары".






   Историография проблемы довольно бедна. Из серьезных работ можно назвать лишь статью С. В. Черницына "Некоторые аспекты этнических процессов в Войске Донском в XVII в. (на примере тюркоязычных переселенцев)"[5]. Отмечая неоднородный этнический состав населения донских ка (с. 398) зачьих городков (о чем сообщают различные источники XVI-XVII вв.), автор предпринимает попытку рассмотреть этнические процессы на Дону. С. В. Черницын констатирует, что процессы эти отнюдь не ограничивались ассимиляцией казаками восточнославянского происхождения (в первую очередь русскими) представителей неславянских народов. Среди последних автор подчеркивает преобладание на Дону тюркоязычных выходцев - в первую очередь, ногайских и крымских татар, а также турок, поскольку именно с этими народами казаки жили в соседстве и имели постоянные контакты. И хотя по большей части именно русские определяли политическое развитие Войска и основные черты культуры донского казачества, уже в источниках XVII в. упоминаются донские татары, несшие казачью службу. В документах, продолжает С. В. Черницын, эту группу называют также "наши татарове", "донские", "юртовые" татары, тем самым отделяя ее от враждебных казакам представителей тюркоязычных народов. Данному историческому феномену и уделяется главное внимание в рассматриваемой статье.






   Как пишет С. В. Черницын, специальных исследований о донских татарах нет. Автором рассматриваются основные источники формирования данной группы. Это: добровольные "переезщики", плен, а также бегство из России на Дон новокрещенных татар из числа холопов (часто по подговору донских казаков). Впрочем, второй и третий пути чаще вели к ассимиляции, поскольку принятие христианства в этих случаях было правилом. Что касается "выходов" к казакам из окрестных земель, то автор приводит конкретные примеры таких переходов. Например, в войсковой отписке от февраля 1638 г., присланной в Москву из занятого казаками Азова, говорилось, что "прибежали де к ним в Азов из Нагай (из ногайских улусов, кочевавших "под Крымом". - О. К.) татарове..." и дали сведения о военных приготовлениях крымского хана. Частью эти примеры относятся ко времени пребывания казаков в Азове (1637-1642 гг.), но имеются они и за более поздний период времени. Например, в войсковой отписке от ноября 1646 г. сообщалось о трех "переещиках" из Азова 2 октября и называлось имя одного из них: "...А зовут Токмаметком Абызко, Шамаметев сын, родства Кипчаскова, азовские были жильцы". Подобные выходы автор делит на одиночные (или малыми группами) и групповые, когда к казакам "могли переходить и крупные коллективы, имевшие свою организацию и предводителей". По мнению автора, пример тому - перекочевка под Азов ногайских мурз в конце 30-х гг. XVII в.[6]






   На основании данного материала С. В. Черницын делает ряд выводов. Так, он отмечает этническую неоднородность донских татар, поскольку они приходили на Дон из разных мест. При этом преобладал ногайский элемент - среди тех, кто переходил в Войско, констатирует автор, чаще всего упоминаются именно ногайские татары. С другой стороны, как мы видели, (с. 399) упоминаются и выходцы из Азова (после оставления его казаками). И это не только татары, но и турки. Донские татары-мусульмане иногда присутствуют в казачьих станицах, отправлявшихся Войском с донскими отписками в Москву, - впервые они упоминаются, по данным С. В. Черницына, в 1636 г. (это Олиманко Татарин и Сенчурко Татарин)[7]. От себя добавим, что подобные примеры можно привести и для более позднего времени, хотя они не так уж часты, да к тому же в составе станиц, когда последние насчитывали более десятка казаков - это один-два, максимум три человека, что отражает, безусловно, роль и значение донских татар среди казаков Дона. Последняя была, как представляется, не очень большой.






   Следует сказать, что выводы автора не всегда убедительны. Так, верен, на наш взгляд, вывод о преобладании среди донских татар ногайского элемента (поскольку, по словам С. В. Черницына, среди тех, кто переходил в Войско, чаще всего упоминаются именно ногайские выходцы), однако данный вывод, думается, неверно аргументирован. В частности, выходы в конце 30-х гг. XVII в. на Дон из-под Крыма ногайских татар следует в большинстве случаев рассматривать как перекочевку (или перемещение) их к Астрахани, а вовсе не переход к казакам на житье. О переходах же на Дон "крупных коллективов" ногайских татар вообще говорить не приходится - низовья Дона были для них лишь перевалочным пунктом на пути к Астрахани. Когда переехавший из Крыма на Дон представитель крымской знати (он был из крымских ногаев) Адил-мурза захотел кочевать под Азовом и по данному поводу отправил в Москву своих людей с прошением об этом, ему ответили, что "то дело не статочное (невозможное. - О. К.): в Азове живут казаки своим казацким обычаем, а мурз и татар никово нет[8], и служить ему не с кем (т. е. нет такого примера. - О. К.). А казачья служба ему служить не пригож: человек чесной (честный, то есть знатный. - О. К.)"[9]. Наконец, С. В. Черницын пишет о компактном якобы проживании донских татар "в низовьях Дона при главном Войске", и ему неизвестны сведения об их проживании в других казачьих городках[10]. Как увидим далее, о "компактном проживании" донских татар только при казачьем центре говорить не приходится. В значительной степени эти ошибки вызваны скудостью сведений о донских татарах - последнее отмечает и сам автор. К тому же статья написана только на основе опубликованного материала[11]. (с. 400)






   Таким образом, насущной задачей представляется поиск и разбор по данной теме неопубликованных материалов. Однако сначала, думается, необходимо понять, какие обстоятельства привели к тому, что на Дону особой социальной группой жили некрещенные татары-"бусурмане", с которыми, казалось бы, казаки вели непримиримую борьбу. Что за международная обстановка заставляла этих татар пребывать на стороне казаков? Чтобы ответить на эти вопросы, мы постараемся, насколько это возможно, на основе тех же неопубликованных документов коротко осветить положение в самом татарском мире.






   Прежде всего следует отметить, что татары как ранее, в конце XVI - начале XVII в., так и в рассматриваемый период времени не представляли собой в политическом отношении единого целого. Они были расколоты на ряд политических объединений, зачастую враждовавших друг с другом. На юге существовало два главных политических объединения татар. Прежде всего это была Крымская орда ("Крымский улус"), занимавшая Крымский полуостров и Причерноморские степи. С другой стороны, близ Астра-хани с 1640-х гг. кочевали остатки Большой Ногайской орды, пребывавшие в русском поддан-стве и находившиеся под руководством астраханских воевод. Большая Ногайская орда еще в начале XVII в. являлась крупным политическим объединением татар, однако после перехода улусов Больших Ногаев в 30-е гг. XVII в. в Крым и возврата к началу 1640-х гг. обратно под Астрахань их силы оказались подорванными. Основу Большой Ногайской орды составляли улусы мурз трех основных родовых кланов этого объединения - Тинмаметевых, Урмаметевых, Иштерековых. Большая часть улусов Урмаметевых, правда, так и не вернулась под Астрахань, сохранив крымское подданство. "Под Крымом" они обычно кочевали по р. Молочные Воды, Бердам, а также близ Перекопа.






   Между Азовом и р. Кубанью ("Кубой") кочевали улусы Малой Ногайской орды ("Казыев улус"), части которой временами принимали русское подданство и уходили на кочевья к востоку - в предгорья Кавказа (к Кабарде) и к р. Куме. Малые Ногаи традиционно подчинялись Крыму, однако, находясь в удалении от него, часто действовали на свой страх и риск. Существовала также немногочисленная группа азовских татар, живших в Азове или кочевавших близ него.






   Ситуация политической разобщенности приводила к вражде и непрекращающимся набегам татар друг на друга. Конфликты усиливались и тем обстоятельством, что враждовавшие стороны принадлежали к разным государствам. Поэтому походы татар Большой Ногайской орды "под Крым", а также их нападения на Малых Ногаев и азовцев, и наоборот были вполне обычным делом.






   В отписках астраханских воевод в Москву нередко встречаются известия о подобных набегах татар друг на друга. Иногда отряды татар отправлялись из-под Астрахани в набеги "под Крым" по распоряжению астраханских властей и подробно отчитывались перед ними по возвращении. Поэтому из отписок в Москву астраханских воевод можно почерпнуть немало сведений (с. 401) о практике таких набегов. Думается, лучше, чем говорить своими словами, привести несколько примеров из архивных источников. Вот два характерных эпизода.






   В конце декабря 1637 г. из Астрахани "под Крым и под ногайские улусы" (последние кочевали тогда "под Крымом") для "проведыванья крымских, и нагайских, и всяких вестей, и для языков (т. е. с целью получения информации о недругах. - О. К.)", а также для "кон-ского отгону" был отправлен отряд из 50 "охочих" едисанских татар. Позднее, во время расспроса, они показали следующее. Отряд переправился через Дон в районе казачьего Есаулова городка[12], откуда направился в поход "под Крым". В Крымской степи "на урочище Ерклые"[13] (в другом месте - "Еркелы") астраханские татары подметили ногайских "зверовщиков" (т. е., как пояснено в документе, татар, которые "выезжают из улусов своих для зверовья" - охоты на зверя), у которых они "ночью украдом" отогнали "с полтараста лошадей". "В языках" захватить никого не удалось. После этого едисанский отряд тем же путем вернулся с добычей обратно в Астрахань[14].






   В конце января 1638 г. из Астрахани было отпущено в новый набег 70 юртовских и едисанских татар[15]. Вернулись они в марте, и также были подвергнуты расспросу. Подробности данного похода таковы. При переправе через Дон опять же в районе Есаулова городка к татарскому отряду присоединилось 60 донских казаков, отправившихся вместе с ним в набег "под Крым". С пути, однако, казаки вынуждены были вернуться обратно, поскольку у них "пристали лошади". Астраханские же татары в Крымской степи на р. Бузане ("Бузуне") "наехали <...> на зверовье" (охоте) "нагайских татар в трех местах со сто с шездесят (сто шестьдесят. - О. К.) человек", отогнав у них "изгоном" (то есть внезапным нападением) четыреста лошадей и захватив в плен одного татарина. С этой добычей они и вернулись обратно к Есаулову городку[16]. Подобные примеры можно продолжать.


Далее -


http://karabai96.livejournal.com/53009.html
Tags: Татары казаки
Subscribe

promo karabai96 november 2, 2012 16:35 12
Buy for 10 tokens
Были ли донские казаки "рыцарями православия"? Современный идеологический флер витающий вокруг донских казаков, совершенно не соответствует реальной истории донцов. Если бы я стал собирать, все факты, укладывающиеся в эту тему в одну публикацию, то получилась бы увесистая книга. Потому…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments